Редакция, обработка и т.д.
Редакция, обработка и т.д.
Скрипичные произведения часто доходят до нас не в первоначальном виде, а в так называемых редакциях или в обработках – вариантах, сделанных теми или иными скрипачами прошлого.
Одна и та же пьеса в двух разных редакциях может иметь совершенно разный смысл. Например, «Фолия» Корелли, которую можно найти в редакциях Фердинанда Давида, Крейслера и др.: в редакции Крейслера отсутствует кульминационный лирико-драматический эпизод, делающий эту вещь настолько сильной и проникновенной, а у Фердинанда Давида пьеса хотя несколько затянута (что, впрочем, решаемо, если играть ее в сокращенном варианте Энеску), зато этот эпизод представлен во всей красе, и помещен там, где надо, и впечатление от пьесы потому неотразимое.
То же самое с «Кампанеллой» (»Колокольчиком») Паганини – эта пьеса дошла до нас не только в авторском варианте (как известно, первоначально это финал Второго концерта Паганини, написанного для скрипки с оркестром, где колокольчик и правда присутствует), но и в концертной обработке Крейслера.
Во втором варианте, во-первых, колокольчика нет, а во-вторых - все смысловые точки произведения перемещены и местами убраны вообще, что эту пьесу сильно испортило. Исчез центральный лирический эпизод со светящимися прозрачными двойными флажолетами, исчезла игра тональностей и абсолютно изменен финал – у Паганини тема все время мерцает из минора в мажор, а потом оканчивается в мажоре (что важно!!! в этом-то и суть произведения, и его обаяние), у Крейслера все время минор.
То же, еще в большей мере справедливо для фантазий на тему тех или иных опер. «Кармен» Бизе у Сарасате щебечет воробьем, а у Ваксмана – поет нормальным человеческим контральто, как и положено (я имею в виду арию «Любовь как птичка», помещенную этими двумя авторами в разные регистры). В целом чувственный характер Кармен у Ваксмана проявляется лучше, и начало выигрышней и ярче – не «общий фон», а сразу выход главной героини. Правда, зато у Ваксмана отсутствует один очень красивый лирический эпизод, и кода решена более размашисто, не столь изящно, как у Сарасате (хоть и ярче).
В общем, какие именно редакции, обработки выбирать – это все сильно связано с «амплуа» того или иного музыканта и с его репертуаром.
И лучше выбирать сразу правильно – потому что когда приходится переделывать, забывать выученную, скажем, «Кармен» Сарасате и на ее место в собственном мозгу подселять «Кармен» Ваксмана, это в техническом смысле труднее, чем учить новую вещь. Потому что мозг начинает путать два вроде бы похожих варианта, подсовывать тебе другие варианты развития пассажей – приходится делать лишние психологические «движения». Первое обыгрывание такой вещи тоже труднее и коварнее – вроде тебе кажется, что ты это уже играл (осталось какое-то фантомное воспоминание), и тем не менее с первых же тактов оказывается, что ты идешь не по проторенной колее, а по глубокому снегу. Сплошной когнитивный диссонанс.
P.S. Отдельная история – это сопоставление той или иной редакции и первоисточника (urtext’a). Иногда оказывается, что редакция (хорошо звучавшая во времена наших прадедов) теперь, по прошествии многих лет, кажется менее удачной, чем совсем старый, первоначальный авторский вариант.