Поль Элюар

Путешествия литературные | Любимая поэзия

 

ПОЛЬ ЭЛЮАР

 

ПОТРЕБНОСТИ ЖИЗНИ

И ПОСЛЕДСТВИЯ СНОВ,

ПРЕДВАРЯЕМЫЕ ПРИМЕРАМИ

 

ПРИМЕРЫ

 

Искусство танца

 

Хрупкий дождь черепицу держит

В равновесии. Балерина

Никогда не научится

Литься и прыгать,

Как дождь.

 

ПОТРЕБНОСТИ ЖИЗНИ

Лень

Я лампу забросил в сад, чтобы стало светлее в саду, и улегся. Грохот все взбаламутил вокруг. Спят мои уши. Свет в мои двери стучится.

Купальщица в гамме от светлого к темному

Жюльену Вокансу

Тот же день предвечерней порой. Легкая, ты чуть заметно шевелишься, и так же легко, так же тихо шевелятся море, песок.

Нас восхищает строй вещей, и камней, и прозрачных оттенков, и часов. А тень исчезает, и с ней исчезает мучительный привкус чего-то неясного.

Вечер, благородством окрашено небо. Все кругом задремало в огне, угасает огонь.

Вечер. Море не светится больше, и, как в далекие времена, ты могла бы улечься в него и заснуть.

ЛЮБОВЬ ПОЭЗИЯ

XXII

К стеклу прильнув лицом как скорбный страж

А подо мной внизу ночное небо

А на мою ладонь легли равнины

В недвижности двойного горизонта

К стеклу прильнув лицом как скорбный страж

Ищу тебя за гранью ожиданья

За гранью самого себя

Я так тебя люблю что я уже не знаю

Кого из нас двоих здесь нет.

XVII

Симметричная гордость жизнь разделенная

Поровну

Между старостью улиц

И молодостью облаков

Закрытые ставни руки трепещущие

Точно на солнце листва

Руки ручьями струящиеся

И укрощенная голова

САМА ЖИЗНЬ

Прекрасная и похожая

Лицо на закате дня

Колыбель в опадающих листьях дня

Охапка голого ливня

Ускользнувшее солнце

Родник родников в глубине воды

Зеркало битых зеркал

Лицо на весах тишины

Камень среди остальных камней

Для пращи угасающих отблесков дня

Лицо похожее на все забытые лица.

Чуть измененная

Прощай печаль

Здравствуй печаль

Ты вписана в линии потолка

Ты вписана в глаза которые я люблю

Ты отнюдь не беда

Ибо самые жалкие в мире уста отмечаешь

Улыбкой

Здравствуй печаль

Любовь податливых тел

Неотвратимость любви

Ласка твоя возникает нежданно

Чудищем бестелесным

Головой удрученной

Прекрасная ликом печаль.

Легкость сама

Нежность твоя твои пораженья и мягкая гордость

Легендарная география взглядов и ласк

Органное колдовство

Смешение рук и глаз

Трав и снегов

Трав и весны

И невидимой дрожи моря под прикосновеньем дождя

Смешение тишины и твоей магнетической ясности

И ветра который приносит губам привкус молодости

И далекого поцелуя

Ветра чью руку ты чувствуешь вдруг под одеждой.

Нуш

Откровенность порывов

Легкость близости

Ласка волос.

Без подозрительности без тревоги

Твои глаза отдаются всему что видят

И на виду у всего на что они смотрят.

Доверчивость хрусталя

Между двумя зеркалами

Ночью твои глаза растворяются в темноте

Чтобы слить пробужденье с желаньем.

СВОБОДНЫЕ РУКИ

Тучи в ладонях

Это отчаянье смутное

Неуловимый источник дождливая ночь

Вдалеке от клейкой листвы

Вдалеке от целебных слез

Этот презрительный вызов востока

Этот мертвенно-бледный рай

Это движение вспять

Недоверчивое изнуренное

К обрывкам воспоминаний

Чудо лекарство согласье подарок доверье.

Сборщица жасмина

I

Ее лучезарная грудь погружалась в кусты

Синим лемехом ясного утра

Родником форштевнем зеленым

II

Ее руки почти неприметно

Опускались на ветки жасмина

Она работала на солнцепеке

Полунагая

С проворством звенящих льдинок

III

За пределами ее силуэта

Земля и небо дряхлели

IV

Она собирала звезды

Там где их не бывает

Без устали собирала

Брызги воды в костре

ЕСТЕСТВЕННЫЙ ХОД ВЕЩЕЙ

Точность человеческого сердца

О точность человеческого сердца

Все краски красоты

Отточенные формы

И прочие уловки лишь затем

Чтобы идти прямолинейно к цели

Точность

Неумолимого движенья сквозь толщи

Случайных поцелуев и речей

Устойчивость устоев

В умах мужчин и женщин

И странность очертаний облаков

Не выходящая за грани облаков.

Где я был?

Сумерки солнце уходит из комнаты

Нынче вечером я продаю своих коз

Я иду вслед за стадом

Переливчатых бликов

Деревья мои провожатые

Замыкаются

Приобретая надежность

Нынче вечером я воздвигаю необычайную

ночь

Мою собственную

Бесформенно-солнечную

Всю в круглых холмах под руками крестьянок

Всю исполненную совершенства исполненную

забвенья

Неподвижна танцовщица отяжелела она

Я бы обнял ее

Но вокруг нее вертятся ветреные подруги

Извиваясь в линиях люстры

Я отмечу клеймом темноты крышу и потолок

Клеймом темноты и покоя отсутствия

и блаженства

Между ладонью и веками пройдет череда

наслаждений

Пока все не канет в пучину бездонного сна

Нынче вечером я разожгу огонь на снегу.

 

ПО ЭТУ СТОРОНУ РАСТЕРЯННЫЙ ПРОВИДЕЦ

Форма

Я могу еще сделать два-три шага

И не упасть я иду издалека

В руках я держу свою жизнь

Слабость и грусть вперемежку

Дано ли мне будет найти

Мой долгожданный облик

На побережьях лица обрести

День и открытую силу

Жаркую жажду жизни.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.