Скрипка на фронте Великой Отечественной, или Еще одна судьба скрипача

Яков Халип. Ноктюрн (1943)

Скрипач, изображенный на этом знаменитом снимке — В.А. Мирошников —  попал на фронт, не успев окончить четвертый курс музыкального училища.

Он героически воевал, получил награды (за оборону Сталинграда, Севастополя, штурм Кенигсберга…), был тяжело ранен; скрипка прошла с ним всю войну, была с ним даже на передовых позициях.

После войны В.А. Мирошников создал оркестр скрипачей, преподавал в училище в Даугавпилсе.

На сайте газеты «Красная звезда» (именно в ней в апреле 1943 года впервые появился этот снимок) сейчас можно прочитать его историю и историю этого снимка. Привожу текст целиком (в конце ссылка на сайт и автора):

Скрипач вернулся из 1943 года

Владимир РУДОЙ. Даугавпилс, Латвия.

Фото автора.

В Даугавпилсе у генерального консульства России проходит выставка фотографий, сделанных лучшими репортерами во время Великой Отечественной войны. На одном из известнейших в мире снимков «Ноктюрн. 1943 год» запечатлен даугавпилчанин Виктор Андреевич Мирошников. Впервые появившийся в газете «Красная звезда» 22 апреля 1943 года, снимок впоследствии обошел всю планету.

Скрипач Виктор Андреевич Мирошников — бывший преподаватель музыкального училища, руководитель оркестра скрипачей, который он создал в Даугавпилсе сразу после выписки из госпиталя, где залечивал раны. Похоронен на коммунальном кладбище.

Последняя моя встреча с Виктором Андреевичем состоялась в 2003 году, ему было 89 лет. Кто тогда мог знать, что скоро из жизни уйдет человек, который без передышек поднимался на четвертый этаж училища, чтобы дать урок в своем 32-м классе. Высокий, статный, подвижный, с легким румянцем на щеках от быстрой ходьбы — таким он запомнился многим. Тогда он и рассказал мне, как появился снимок «Ноктюрн. 1943 год».

— 13 марта 1943 года наша 33-я гвардейская дивизия штурмом взяла Новошахтинск. Город лежал в развалинах. В бою особо отличились разведчики. Для них мы с Григорием Вакуленко, баянистом, которого вы видите на снимке, и играли. Было очень холодно, сводило пальцы, смычок поначалу не слушался, мешала шинель, и я ее скинул. Я видел, как светлели лица бойцов, как на миг забывались кровавые атаки. Я понимал, что нужен этим людям, которых не пощадила война. Они слушали меня и признавались потом, что вспоминали родной дом, матерей, жен, невест. Музыка несла им радость. Как они слушали! Никогда не было у меня такой благодарной аудитории.

Во время жестоких боев в дивизию приехали фронтовой фоторепортер Яков Халип и писатель Константин Симонов. Они тоже были на том фронтовом концерте. Уже не помню, играл ли я тогда ноктюрн. Но фотограф назвал свой снимок именно так. И очень точно.

Как дорогую память и награду Виктор Андреевич носил в кармане гимнастерки вырезку из «Красной звезды».

— А потом, когда «Ноктюрн» начал вторую жизнь на страницах газет и журналов, я перестал отождествлять себя с тем скрипачом. Увидел книгу «Музыканты на Великой Отечественной войне» — на обложке это фото. Развернул журнал «Наука и жизнь» — еще одна встреча с самим собой. Единственное, что хотелось сделать, — послать письмо автору снимка Якову Халипу, сообщить, что скрипач, которого он фотографировал на фронте, жив. Долго не решался написать. А потом узнал, что журналист сам ищет героев своих снимков.

Встретились в Москве, где мастеру вручали награду международного конкурса. Как раз за этот снимок. Когда умолкли аплодисменты, я подошел к столу президиума. Представился. Залу объяснили, кто я такой. По просьбе Якова Халипа взял в руки скрипку, с которой не расставался ни на передовой, ни в госпитале, ни в мирное время.

На 30-летие Победы был приглашен на Центральное телевидение, где аккомпанировал народному артисту Дмитрию Гнатюку. Там же состоялась встреча с боевым товарищем — Григорием Вакуленко, работавшим преподавателем в музучилище во Львове.

В Даугавпилсе Виктор Андреевич лечился в госпитале после тяжелого ранения. Здесь его игру на скрипке услышал директор музыкального училища Паул Круминьш, собиравший симфонический оркестр. Солдат сказал, что не успел закончить последний, четвертый, курс училища — пошел воевать. Паул Круминьш, кстати, спасший от фашистов в своей квартире двух учениц-евреек, пригласил фронтовика на работу. Мирошников доучился, а потом и сам воспитал целую плеяду скрипачей. К боевым наградам — за оборону Сталинграда, Севастополя, штурм Кенигсберга — прибавились знаки отличия за работу в мирное время.

Скрипач вернулся из 1943 года. (Владимир Рудой, «Красная звезда» от 26 Октября 2010 года)

Скрипка и фотографии

3 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.