Письмо в бутылке № 3

Письмо в бутылке № 3,
или О чем музыка

Если вдруг далекий незнакомый читатель каким-то образом попал на эти строки, то он должен приготовиться к тому, что сейчас я начну говорить, вероятно, уж очень высоким слогом… Речь пойдет о действительно  очень важной для меня вещи, которая случилась на прошлой неделе.

Я тут уже писала свой «почти манифест» о том, что мы, музыканты, должны знать, играя на своих скрипках, роялях и прочих инструментах, о чем музыка. Что, увы, в консерваториях этому не учат. И что надо добираться до этого самостоятельно.

Пока я это писала, я чувствовала себя очень одиноко.

Прошло несколько месяцев, и вот совсем по другому поводу  я зашла на сайт консерватории (отличный, кстати, сайт — он построен стараниями Славы Голубенко, про которого я уже писала).

И вдруг я вижу на этом сайте нечто, что поражает меня до глубины души!

Вот этот документ — важность его невозможно переоценить — в нем музыковедческими терминами дана основа всей этой новой науки — теории музыкального содержания. Того, о чем музыка. Создала это направление профессор Московской консерватории В.Н.Холопова, и она читает лекции по этому предмету, и он уже введен в план обучения  в музыкальных вузах по всей стране. (Не для исполнителей, правда, а для теоретиков и композиторов, но все равно…)

Я ничего об этом не знала.

Естественно, я тут же напросилась поприсутствовать на лекциях и с первых нескольких минут лекции о музыке романтиков поняла, что это же оно самое! То, что должно было быть! Я почувствовала себя примерно как человек, который каким-то совочком колупался в земле, мечтая о чем-то явно неосуществимом и никому не понятном, и вдруг наткнулся на целый Ла-Манш, уже прорытый умными людьми в этом самом месте!

Я была просто безумно рада. Всё-всё-всё там было, мне давно уже инстинктивно знакомое, — и огромное значение князя Одоевского для музыки, литературы и всей нашей русской культуры, и образы в музыке, и речь музыки… Уж не знаю, не испугали ли уважаемого профессора мои бурные (хотя и совершенно искренние) восторги, но главное: из беседы выяснилось, что не знала я ничего об этом направлении в музыковедении по очень простой причине: когда  я сама училась в консерватории, то есть почти десять лет назад, таких лекций и этого направления просто еще не было! Все произошло буквально недавно.

Конечно, это было совершенно изумительно  слушать: «вот видите, — говорит Холопова, — эта прелюдия Шопена — программная, и по сообщениям, восходящим к ученикам самого Шопена, здесь речь идет о самоубийстве. (Холопова называет имя известной западной пианистки) — она играет эту музыку, не зная об этом, и поэтому вот в этом месте просто делает кульминацию, а тут эта кульминация связана с совершенно конкретной ситуацией…»

Мы смотрим в ноты и — ага — вся картина полностью каким-то волшебством выстраивается перед глазами, открывается еще новая глубина, нечто еще большее, чем мы видели до того…

… Всё, на этом месте я прерываюсь — вспомнилась недавняя ироническая улыбка одной барышни, которая на оброненную мной случайно «умную» фразу (хотя я даже и не собиралась умничать, просто случайно вышло!) как-то на днях меня приняла за восторженную представительницу «вшивой интеллигенции». Хотя почему «приняла» — я в общем-то к ней и отношусь, в каком-то роде, хотя сразу и не скажешь:))). Ах, какая была красноречивая улыбка!!

И в самом деле — всё, что я здесь сейчас написала, и, главное, каким доверчивым и радостным тоном — это ведь всё настолько не модно!!

Впрочем, это ведь все-таки «послание в бутылке» (а в посланиях в бутылке, как известно, пишут всё, что зачем-то обязательно хочется написать, даже если никто это никогда и не прочтет). Так что позволю себе немного…

На сем я запечатываю послание и бросаю его в плавание по волнам интернета.

А ты, если вдруг подобрал мое послание, незнакомый читатель, — будь здоров и знай, что иногда, оказывается, полезно поупорствовать в том деле, которое всем окружающим тебя кажется странным, непрактичным и вообще немного сумасшедшим.  Возможно, ты просто на несколько часов, дней, недель или месяцев опередил ход вещей и догадался о том, что будет.  А раз догадался  ты, значит догадается еще как минимум один человек. Идеи ведь витают в воздухе. А значит, ты уже не одинок.  И скоро ты поймешь, что путь, по которому ты идешь — верный. И даже, может быть, единственно верный. Просто надо верить себе