Анна Благая -

Обертоны

Скрипка | Скрипичная Азбука

черновик

Обертоны
(снова про краски звука) 

Что вы слышите, когда трогаете струну Ля?

Звук Ля? Один?

А еще? Верите ли вы, что в этом звуке спрятано еще другое Ля — октавой выше — а также Ми, Ля двумя октавами выше, До диез, опять Ми и еще вереница звуков — »верхних тонов» — уходящих лестницей в небо? Что все они на самом деле есть, хотя вы слышите одно лишь слитное, цельное Ля?

Нет, не верите? А зря.

Их существование доказано научно, и они так и называются — обертонами (то есть «верхними тонами»). Звук — это спектр (помним про «краски звука»!), который включает в себя основной тон и вот эту лестницу обертонов.

«При колебании струны и в других аналогичных случаях обертоны вместе с основным тоном (первым частичным тоном, условно называемым первым обертоном) образуют натуральный, или гармонический, ряд звуков; для этого ряда характерны отношения частот, которые составляют натуральный ряд чисел: 1 :2: 3 : 4 : 5 : 6 и т.д. (например, 110, 220, 330, 440, 550, 660 и т.д. герц, что соответствует звукам А, а, е1, а1, cis2 e2); такие обертоны называют гармоническими, или гармониками». (Музыкальная энциклопедия)

Сто десять, двести двадцать, триста тридцать, четыреста сорок… Вот так магия чисел!

А вот и еще кое-что из области магии. Мы всё это одновременно и слышим, и не слышим. Да, в нашем сознании одно лишь слитное Ля; однако наслоение на основной тон тонов верхних придает окраску звуку. А ее мы чувствуем. (Слушайте: http://trophimov.ru/oberton/ )

-

…Итак, они существуют. И конечно же, не в одном только звуке Ля, но и в других. Так же, как есть в белом цвете разные цвета, или как, по словам артиста А. Збруева, «в каждом из нас тридцать три молодца сидят»*.

И подобно тому, как драматический артист может вытаскивать из глубин подсознания то одного, то другого «молодца», работая над ролью (Збруев говорит об этом так: «из глубин подсознания вдруг выскакивает — и ты понимаешь, что это ты, твоё…»), и мы тоже можем «вытаскивать» из звука обертоны (точнее, приглушать или подчеркивать их), меняя, усложняя, обогащая нашу палитру, краски звука.

К скрипке это имеет самое непосредственное отношение:

Специальные акустические анализы доказывают темброобразующую роль обертонов. Это свойство обертонов широко используется в музыкально-исполнительской практике. Применяя различные приёмы звукоизвлечения (например, на скрипкеpizzicato, флажолеты, игра с сурдиной, у грифа, у подставки), музыкант может усилить или ослабить те или иные обертоны и тем самым изменить окраску звуков». (Это снова Музыкальная энциклопедия)

Делается это всё «на лету», без предварительных математических или физических расчетов.

Но эта тема — один из мостиков, где могли бы встретиться музыканты и математики или физики. Да, собственно, уже и встречаются.

См. тж.: Хор ангелов

Полётность звука

=

* Цитирую Збруева по интервью, которое артист дал радио «Вести FM» 12 октября 2014.

См. тж.: основной тон и 16 первых обертонов (аудиопример)

- -

Белый цвет

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

Белый цвет — Поверхность тела называют белой, если, глядя на нее, не ощущают впечатления какого-либо цвета: одного ли из семи основных (красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый) или других, более или менее сложных. В этом смысле Б. цвет характеризуется отсутствием какого-либо цвета, но, анализируя его призмой, приходят к совершенно противоположному заключению. Полоска белой бумаги, лежащая на черном бархате, будучи надлежащим образом рассматриваема через призму, представляется разноцветной полосой, в которой насчитывают семь основных цветных полос, которых цвета поименованы выше. Исследуя подобным же образом бумажку, окрашенную киноварью, можно видеть в ней ясно-красную и оранжевую часть, а остальные из семи поименованных или весьма слабы или вовсе незаметны. На основании подобных исследований в физике утверждается, что Б. цвет происходит от совокупности семи основных цветов, взятых в некоторых определенных отношениях. Б. цвет можно составить также из двух взаимно-дополнительных цветов (см. это слово). Можно бы сравнить физиологическое впечатление от белого цвета, по существу, со звуковым впечатлением от нескольких определенным образом звучащих тел, если бы зрительные нервы имели такую же способность разлагать световое впечатление на его составные части, какую в отношении к звукам имеет привычное ухо. В сложном звуке можно слышать составные его части, а в сложном цвете нельзя их ощущать, так что Б. цвет производит впечатление, ничем не напоминающее впечатления от какого-либо собственно цветного тела. Примером белого тела может служить чистый гипс, также мел, некоторые сорта бумаги и белила цинковые и свинцовые. Первообразом белого цвета служит солнце, каким оно нам представляется сквозь земную атмосферу, когда оно поднимется высоко над горизонтом. Серый цвет есть не что иное, как белый, имеющий малую степень светлоты, так как призма обнаруживает в сером те же составные оптические части, что и в белом; это определение остается верным и для темно-серого цвета. Из цветных порошков и вообще из материальных красок нельзя составить белой краски, но можно получить серую, более или менее темную, так что с обыкновенной практической точки зрения белая краска, как и Б. цвет, суть нечто самостоятельное.

Ф. П.
Петрушевский Ф. Ф.,. Белый цвет // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

 

Оставить комментарий

RSS-лента комментариев к этой записи. TrackBack URL

XHTML tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>