Анна Благая -

Без рубрики

14/01/2010

Александр Грин — автограф на обложке романа «Золотая цепь»

Tags: , ,

А. Грин - роман "Золотая цепь". Автограф на обложке книги для Дмитрия Благого

Я уже рассказывала, что периодически запускаю руку в архив своих предков и вылавливаю оттуда всякие интересные вещи.

Вот что попалось мне на этот раз в книжном шкафу. Это книжка Александра Грина (роман «Золотая цепь»), которую нам в детстве читала мама. Только позже, когда мы выросли, мы оценили по достоинству тот факт, что этот самый экземпляр  автор подарил нашему дедушке, литературоведу Д.Д. Благому, в далеком 1925-м году.

Вот надпись на обложке книжки (обветшавшей со временем, читанной-перечитанной), еще с буквами i и ять:

«Софии Рафаиловне и Дмитрию Дмитриевичу Благим от автора на тихую и добрую память. А.С. Грин. 6 ноябрь 1925 г.»

Дальше надпись продолжается, но листок порван — он пропутешествовал всю эвакуацию, пережил войну, мало ли что могло случиться, из-за чего он порвался… Как жаль! Там явно было еще что-то интересное.

София Рафаиловна была первая жена нашего дедушки. Они рядом похоронены на кладбище в Переделкино.

Когда-то, в годы гражданской войны, они жили в Коктебеле (наверное, именно в тех краях общались с Грином?)
У папы (Дмитрия Благого — пианиста и композитора) есть в  незавершенных мемуарах любопытные факты об этой  коктебельской жизни.

Перепечатываю их здесь (кстати, впервые! мемуары папины не были никогда нигде напечатаны):

«Слово Коктебель было у меня на слуху гораздо раньше, чем сам я оказался в этом месте. Не знаю, как это произошло, но думаю, мама не раз говорила с Натальей Михайловной о Волошине и его окружении, кажется, весьма скептически оценивая тамошний их образ жизни. Очень много воспоминаний о Коктебеле хранил, конечно, отец, некоторое время обитавший там в начале гражданской войны. Но вряд ли он слишком распространялся на эту тему хотя бы с той же мамой, ибо период этот вообще был в его жизни довольно смутным — особенно для последующего автора «Социологии творчества Пушкина». Даже много позднее, когда разговор у него с Софией Рафаиловной (его первой женой) заходил об их общих коктебельских воспоминаниях, многое мне, уже взрослому человеку, оставалось неясным, хотя фигурировали там весьма конкретные факты. Например,  как спасала вышеупомянутая София Рафаиловна Осипа Мандельштама, оделяя его продуктами и вещами первой необходимости, которыми он якобы затем ни много ни мало как спекулировал (!). Или как переданный какому-то братишке-матросу для расстрела «буржуй» Д.Д. Благой был великодушно отпущен этим «братишкой» и как с этого момента — выражаюсь схематично — буржуазная психология в нем уступила место прямо ей противоположной».

P.S. К слову: только что я совершенно случайно наткнулась в мемуарах Анастасии Цветаевой (я их обожаю, кстати, и провела с ними в обнимку все новогодние каникулы!!) на одну любопытную для меня фразу. Анастасия Ивановна пишет о том, как она пошла к писателю Потапенко за помощью для его бывшей жены, и там есть такое упоминание:

«Он жил в доме Герцена, где я бывала у Благих, где видела Мандельштама и брата Сони Парнок, Валентина Парнаха«.

Жаль, что она не стала вдаваться в подробности. Ведь для меня это была бы — зацепка, возможность пролить свет на какие-то семейные истории…  Я дедушку не застала, и про дом Герцена поэтому ничего не знаю. Ну ничего — может быть, попадется еще какая-нибудь случайная находка…

-

UPD (январь 2014): Передаю привет самой себе в 2010 год

-

См. также: Дарственная надпись Дмитрию Дмитриевичу Благому и его первой жене от Ираклия Андроникова на книге «Лермонтов в Грузии в 1837 году» (М., 1955).

Дарственная надпись Вениамина Каверина Д. Благому

Дарственная надпись Мориса Ваксмахера Д. Благому

дарственные надписи Алексея Федоровича Лосева Д.Д. Благому

Оставить комментарий

RSS-лента комментариев к этой записи. TrackBack URL

XHTML tags: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>